Ее звали Аделаида, и она держала в руках эту проклятую двойку червей. Карта предательства, карта надежды. Напротив – барон фон Штерн, с глазами цвета зимнего льда и губами, искривленными в хищной улыбке. Он поставил на кон все: фамильное поместье, бриллианты матери, даже, поговаривали, саму душу. Аделаида играла своим прошлым, своим настоящим, своим будущим.
Азарт – вот ее наркотик. Смертельный, пьянящий, неотвратимый. Она знала, что барон блефует. Чувствовала это каждой клеточкой своего тела. Но риск… Этот сладостный риск быть разоблаченной, потерять все, остаться ни с чем – он манил, завораживал, опьянял сильнее вина.
Тишина давила на уши. Лишь потрескивали дрова в камине, да стучали зубы у какого-то испуганного мальчишки за спиной у барона. Аделаида медленно подняла взгляд на фон Штерна. В его глазах плескалось отчаяние, прикрытое маской надменности.
Она улыбнулась. Медленно, как кошка, играющая с мышкой.
– Я повышаю, барон.
И поставила на кон единственное, что у нее осталось. Свою жизнь.