За окном завывала февральская вьюга, словно голоса предков, жаждущих внимания. Агафья поправляла платок, натруженными пальцами перебирая четки. Ее морщинистое лицо, словно карта прожитых лет, отражало печаль и светлую память.
Внуки, притихшие у печи, с любопытством наблюдали за ритуалом. Их молодые глаза еще не познали всей глубины утраты, но чувствовали благоговение перед обрядом.
Агафья подняла чарку медовухи, ее рука слегка дрожала. «За вас, родимые, за упокой душ ваших», – прошептала она, выплеснув несколько капель на пол. «Помним вас, чтим вас, просим защиты и благословения».
В тишине послышался тихий скрип половиц. Или это лишь игра воображения? Внуки прижались друг к другу, испуганно оглядываясь.
Агафья улыбнулась, мудрость и спокойствие струились из ее глаз. «Не бойтесь, дети, это они нас слышат. Они всегда рядом, в наших сердцах, в нашей крови. Пока мы помним их, они живут».
Свеча вспыхнула ярче, словно подтверждая ее слова. Вьюга за окном стихла, и на миг сквозь тучи проглянула луна, осветившая избу мягким, серебристым светом. Помин удался. Связь поколений крепка.